Рабкор со стажем

8 Апреля 2020
Ветеран АПЗ Валерий Владимирович Колесов все годы работы на АПЗ был внештатным корреспондентом заводской газеты «Новатор». Очерки о приборостроителях-фронтовиках, которые он принёс в редакцию, хранились у него 30 лет.



Моряк-журналист

Азы журналистики Валерий Колесов освоил, когда служил в морфлоте. В Кронштадте окончил шестимесячную школу военкоров при редакции газеты «Советский моряк», стал писать заметки об эсминце «Спешный», крейсере «Жданов», паруснике «Седов».

В 1964 году Валерий Владимирович уже год как работает на АПЗ. Начинал в цехе №53 токарем-часовщиком, потом перешел в службу механика слесарем-ремонтником. О парне, у которого с молодости была тяга к писательству, узнала первый редактор газеты Наталья Дмитриевна Федорова. Так Валерий Колесов получил общественную нагрузку рабкора «Новатора».
В его журналистском багаже много портретных очерков о заводчанах-передовиках.

– Интересных людей на заводе всегда много, – говорит Валерий Колесов. – Разговаривая с ними, я учился, как нужно жить, работать.

Фронтовики – отдельная тема. К участникам Великой Отечественной у рабкора отношение особое. Их воспоминания он записывал досконально, слово в слово, ведь в них – историческая правда.

– Были случаи, что крепкие с виду мужчины просто начинали плакать – вот что война с людьми делала, – вспоминает рабкор.

До выхода на пенсию в 1996 году Валерий Владимирович сотрудничал с многотиражкой. Все свои заметки он бережно хранит в самодельном альбоме.

30 лет спустя

Сегодня мы публикуем один из очерков Валерия Колесова о фронтовике Викторе Дмитриевиче Грубове.
История его написания тоже интересна.

– Мы вместе работали с Виктором в цехе №64, – рассказывает Валерий Колесов. – Он прошел войну, был ранен. Но рассказывать об этом не любил. Приходилось буквально «вытягивать» из него. Как-то обмолвился, что его должны были наградить орденом Славы 3 степени. Тогда я решил сделать ему подарок: послал запрос в Министерство обороны. Ответа долго не было. А когда Виктора Грубова уже не стало, пришло письмо, в котором говорилось, что частным лицам такую информацию не дают, нужен запрос из военкоманта или от близких родственников. А у Грубова тогда и жена умерла, сын уехал на Камчатку…
Но рассказ о Викторе Грубове я все равно написал. Принес в редакцию «Новатора», но его так и не напечатали: сказали, что тот был всего лишь подсобным рабочим…

30 лет прошло с тех пор. Сегодня, в преддверии 75-летия Победы, мы расскажем о простом фронтовике, чьё имя приборостроители тоже должны помнить.

Ирина Балагурова.
Фото Александра Барыкина.

Миномётчик Дмитрич

…В 1959 году в один из механических цехов завода пришел новый 35-летний рабочий. Среднего роста, спокойный, рассудительный.



Он быстро освоил специальность слесаря МСР, стал пользоваться уважением всего коллектива цеха. Обращаясь к нему с каким-либо вопросом, просто говорили – Дмитрич. В этом коротком обращении было все: и авторитет, и любовь, и признательность за то, что, столкнувшись в жизни с невероятными трудностями, он остался Человеком с большой буквы.

На фронт добровольцем
Летом 1942 года 18-летнего Виктора Грубова из деревни Успенское Арзамасского района призвали в армию. Уже год шла страшная кровавая война. Виктор работал в колхозе «Новая заря» ездовым вместе с женщинами, стариками, подростками. Молодежь днем работала, а ночью училась воевать: изучали оружие, уставы, занимались строевой подготовкой, учились стрелять.
С детства дружили Виктор Грубов и Виктор Данилин. Вместе летом 1942-го были направлены в Кострому в учебную бригаду минометчиков. Детально пришлось осваивать батальонный миномет образца 1937 года. Плита этого миномета весит 17 кг, лафет-двунога – 14 кг, труба длиной 1220 см – 16 кг. Плюс сумка с четырьмя минами – 13 кг.
На учебном полигоне целыми днями шли тренировки, шлифовка слаженной работы минометного расчета: окопались, отстрелялись – меняется позиция. Все детали миномета, все эти килограммы минометчики переносили на себе, плюс личное стрелковое оружие. И снова окоп, стрельба и т. д. Как шутили наставники: «Сам не закопался – пуля закопает».
На все обучение полагалось пять месяцев. Но этот срок показался друзьям слишком большим. Через три месяца на стол командира бригады легло два рапорта, смысл которых был один: «Прошу направить меня на фронт». Здесь друзья расстались, чтобы не встретиться уже никогда.

Миномет в умелых руках
Сержант Виктор Грубов, командир расчета 82 мм миномета, был направлен в 50-ю стрелковую дивизию Воронежского фронта под город Красный Лиман, что на реке Северский Донец. И сразу попал в самое пекло.
Это был район, где ожесточенные бои с гитлеровцами шли в течение года с переменным успехом. Долго оборонялись, наступали, потом снова отступали. «Река Северский Донец семь раз переходила из рук в руки», – рассказывал Виктор Дмитриевич.
359-й полк, в котором воевал сержант Грубов, был стрелковым. Но пехоте без минометчиков нельзя. Как поразить врага, если он зарылся в окоп, спрятался в траншею, лощину, ров или овраг? А если нужно разрушить его полевое укрепление или уничтожить движущие цели? Как говорится в солдатской поговорке, «в умелых руках миномет – враг не пройдет». Быстро замаскироваться, приготовиться, и звучит приказ: «Угломер, прицел, тремя (или пятью) минами три беглых… Огонь!»
И вот так всегда: рыли огневые позиции, глохли от бомбежек и артобстрелов, падали под шрапнелью – стреляли. Стреляли в дождь, в жару, в холод, когда идет снег или кругом непролазная грязь. Были бы мины...
Кончился бой – вперед, пехота. И минометчики за ними. Ствол, опорную плиту, лафет-двуногу и все, что нужно, на плечи и вперед. «В хорошем расчете – минута на учете».

Ранение
24 марта 1944 года войска 2-го Украинского фронта, в составе которого воевала 50-я стрелковая дивизия, вышла к границам Румынии. Война на советской территории заканчивалась. К этому времени сержант Грубов – комсорг роты, помощник командира взвода. В одном из боев пришлось срочно прийти на помощь пехоте.
Во время боя Виктору Грубову пришлось принять командование взводом. Подняв взвод в очередную атаку, он был тяжело ранен разрывной пулей в правую ногу. Случилось это в апреле 1944-го.
Так закончилась война для сержанта Грубова. Больше он на фронт не попал. Эвакогоспиталь № 5969 и долгие 9 месяцев лечения. За это время перенес шесть сложных операций. Ногу удалось спасти, хотя лечение надолго продолжилось.
Из расчета, с которым он начинал воевать на Северном Донце и закончил на границе с Румынией, в живых он остался один. Двое, Зайцев и Сопов, в разные годы погибли на его глазах. Еще двое были тяжело ранены и в свою часть уже не вернулись.
Смерть Грубова миновала. Он упросил свое командование не отправлять дальше медсанбата: не хотелось отставать от своего взвода.

Валерий Колесов.